Рассказ посвящается
храброму Фернандо
и его возлюбленной -
Хинесте

Глава 1 «Фридрих 5»


Третьего дня на рассвете мы достигнем мыса Флинта, а там прокренгуем «Фридриха V».
- Ты прав, Рауваль, и не позже, чем через месяц сможем доставить королевский груз его Величеству Карлу VII. Кстати, я давно хочу тебя спросить, что ты думаешь о моей новой команде, набранной в Мамберамо?
- Вы, капитан, и Вам решать и отдавать приказы, но раз Вы, Гроаль, хотите знать мое мнение, то я посоветовал быть осторожнее с матросом по кличке «Краб».

Луна плавно и величественно вычерчивала свои овально-округлые формы. Звезды, посвистывая своими манящими лучами, что-то шептали друг другу. Ветерок легкими порывами нес королевский трехмачтовый 50-пушечный корабль на восток.

Чтобы вернее представлять себе нарисовавшуюся картину, вернем «ФридрихаV» на берега небольшого портового городка Новой Зеландии Мамберамо…
После ожесточенной схватки с пиратами Черного Ястреба ( а именно так звали предводителя морских разбойников), королевскому кораблю удалось уйти от разгрома и кинуть якорь у вышеназванного места, чтобы отремонтировать пробоины и восполнить боевые потери порохом и местными матросами. Гроаль знал, что «Белый Лебедь» Черного Ястреба также понес большие потери и вряд ли отважится на повторное преследование отважного «Фридриха V». Откинув все сомнения и вдохнув на берегу большую долю оптимизма, капитан решил не просить подкрепления.
Один за другим на борт королевского корабля поднимались тщательно отобранные из «местных» матросы. Гроаль сильно рисковал, но у него не было другого выбора. Он стоял на палубе и вспоминал события недавнего боя. Несколько раз капитан «прокручивал» взрыв на корме, когда из строя вышло рулевое управление. И тут он замер… В тот момент его острый левый глаз уловил татуировку на левом плече одного из новобранцев. На плече было нечто похожее на морской руль. Его хладнокровность не дала своим мыслям позволить выбить себя из равновесия. Однако «знак» сделал свое дело. В сердце капитана поселилась тревога. Вскоре Гроаль узнал, что татуировка на плече этого человека означает краба, что и подтверждала надпись по голландски в центре татуировки «Краб». Гроаль также узнал, что этот моряк родом из Голландии, а на берегах Новой Зеландии оказался лет десять тому назад по каким-то таинственным обстоятельствам. Глаза Краба выдавали в нем человека искушенного, но в то же время вежливого и обученного европейскому стандарту изысканных манер. С тех пор Греаль лично наблюдал за матросом и его кровь постоянно вскипала то от его уверенности и гордости, то от его самоотдачи и скромности в личном. Краба редко можно было увидеть за игральным столом, он меньше всех говорил за едой и выпивкой. Его эмоции были у всех на глазах, но никто не решался сказать, что это за человек.
Новобранцы выполняли самую черновую работу. Испанская команда относилась к ним несколько надменно, не зная видимо о том, что может быть с пороховой бочкой случаем воли оказавшейся рядом с небрежно брошенным окурком сигары…

Глава 2 Крабовые воспоминания.


На кренгование «Фридриха V» ушло около трех недель, и планы Гроаля добраться до берегов Испании за месяц рушились. Властный капитан Королевской Испании проклинал все на свете за задержку и вымещал свой гнев на новобранцах. Условия, на которых матросов взяли на военный корабль королевского флота, ужесточились и только самый наивный глупец не мог не видеть неравенства воцарившегося между испанскими и новозеландскими матросами.
В договоре с новозеландцами присутствовала довольно красноречивая цифра, и поэтому все недовольства быстро затихали, когда Рауваль напоминал, что, соскучившись по бедной, но безропотной жизни давно, ждут шлюпки.

Краб меньше всех думал о неудобствах и некоторых беспорядках установившихся на «Фридрихе 5». В этот тихий и относительно безветренный вечер Краб молча чистил свои сапоги, и удивлялся удаче, которая ему улыбнулась. Он благодарил Фортуну, которая наконец-то поможет ему добраться до берегов Европейского континента, с которым в свою очередь Краб связывал уже казавшиеся несбыточные мечты. Под уже вспыхнувшие звезды и под тихий шепот морских волн Краб мечтал о том, как он «прошвырнется» по Франции и Англии, отыщет своих друзей, найдет, в конце концов то, о чем он думал последние десять лет. В своем воображении Краб рисовал картин, как он вернется на родину и заживет спокойной семейной жизнью. В мыслях, уже находясь в своей родной Голландской деревушке, Краб видел свой домик, свою кровать, в которой он всегда сладко засыпал под бабушкины сказки. Затем его мысль оказалась во дворике и он увидел свой родной сад, весь усыпанный различными цветами. Далее он вспомнил день, в который началась его военная служба во флоте его Величества короля Голландской Империи Вильгельма III. С улыбкой пронеслись все воспоминания о службе на океанских просторах во имя Королевского величия. Воспоминания уже неудержимо несли его во Францию и Англию. С Англией Краб связывает самые веселые годы своей озорной молодости. Но об этом Краб стыдился вспоминать, так как тот «английский» образ практически ни в чем не соответствовал нынешнему душевному состоянию матроса с берегов Новой Зеландии. В 29 лет за храбрость и преданность Английской короне Краб удостоился звания офицера. Несомненно, служба в английском флоте сыграла большую роль в становлении простого Голландского моряка вначале как шкипера, затем как штурмана, и наконец, как капитана Великих Непобедимых Английских кораблей. Он пережил поражения и победы, честность и предательство, доброту и жестокость, и ... любовь и ненависть. Но судьба распорядилась так, что когда Краб оставил военную службу и приобрел небольшое торговое судно, его сердце оставалось свободным, и ему казалось, что уже никогда не сможет встретить свою настоящую любовь. Краб, будучи капитаном торгового двухмачтового парусника, тогда уже осознавал, что никогда не сможет прикоснуться к женщине лишь из-за удовлетворения своих физических потребностей. Он мечтал о чистой и светлой любви. Будучи капитаном, он в каждом порту всматривался в глаза любопытных девиц, но его сердце советовало не торопиться.
«Когда сердце свободно , то душа страдает о невостребованных чувствах, но когда сердце занято и любовь горит в тебе огнем, но твоя возлюбленная далеко и 10 лет губы уже не сливались в едином поцелуе, и ты не знаешь даже на каком материке земного шара находится Твое Сердечко,… то твоя душа разрывается.
Под эти мысли Краб наконец-то уснул, но не мог он предположить, что уже на рассвете ему придется отложить в «долгий ящик» мысли о спокойной и тихой жизни на Голландской Земле.

Глава 3 Битва титанов.


Капитан Гроаль отдавал приказы то налево, то направо. Команда «Фридриха V» находилась в смятении. Испанский корабль готовился к бою. Несмотря на свою уверенность, тревога в душе капитана усиливалась. Дело в том, что на горизонте появились два боевых фрегата с пиратскими знаменами, грозно развевающимися на ветру.
До этого момента Краб жил своей спокойной размеренной жизнью; кровь в его жилах текла обычным ритмом. Мысли о Родине сглаживали все неприятности, сопровождавшие его на «Фридрихе V», и его хладнокровному отношению по внешним колким обстоятельствам удивлялись не только испанцы, от этого факта все более злясь; но и новозеландцы, «бывшие в одной шкуре» с Крабом.
Когда подняли тревогу, и заговорили о какой-то якобы надвигающейся опасности, Краб этому факту мало придал значения, сохраняя все тоже равновесие. Но когда его глаза на горизонте увидели боевые корабли, его кровь в тот же миг закипела, его душа уже ликовала – она ждала битвы, жаждала острых ощущений, которых ему так не доставало на берегах Новой Зеландии. В Мамберамо все его острые ощущения сводились лишь к встречам с опасными… морскими обитателями, не исключая и акул. Дело в том, что основной вид его деятельности в Мамберамо сводился к ловле жемчужин, от вида которых так разгорались глаза у местных толстосумов…
…Пушечные взрывы гремели повсюду. Поначалу для «ФридрихаV» все складывалось удачно. Благодаря своим дальнобойным пушкам Гроалю удалось снести верхний ряд рей у флагманского корабля пиратов «Белый Лебедь». Но постепенно, когда бой вступил в свой апогей, стало ясно, что если пираты не возьмут испанский корабль тактикой, то возьмут численностью. Ведь пушки «Белого Сокола» щекотали нервы Гроалю не меньше, чем пушки «Белого Лебедя».

А в это время Краб решал, как ему поступить. Ведь добраться до берегов Испании было уже маловероятно, поэтому ему уже стало все равно от чьих рук погибать – от испанцев или от «морских волков». Но одна давняя обида склонила его решение на чашу весов пиратов. Забегая вперед, сообщу, что когда-то именно испанцы помешали его счастью со своей возлюбленной…
Сплотив вокруг себя кучку новозеландских головорезов (именно в таком обличии предстали новозеландские матросы, когда почуяли запах пороха и крови). Краб собрался осуществить план по уничтожению рулевого управления «Фридрихом V», дабы лишить его маневренности, что в ближнем морском бою играет немаловажную роль. Именно в этот момент пушки испанского корабля королевского флота были сосредоточены на «Белом Лебеде» с целью добить его и переключиться на другой корабль пиратов. Под взрывы пороха и ядер, капитан не расслышал донесение, в котором докладывалось, что рулевое управление подорвано. А вскоре после этого Гроаль уже не верил своим глазам…
«Фридрих V» покачивался, повинуясь лишь ветру, и ничего уже не мог сделать в ответ на обход с носовой части, уже почти потерявшего способность к ведению боя «Белого Лебедя». Когда капитан узнал о причине потери маневренности, то с двух сторон «Белый Лебедь» и «Белый Сокол» брали на абордаж «Фридриха 5».
Силы, конечно, были неравны, и вскоре все оставшиеся в живых на королевском корабле были взяты в плен и представлены на суд перед Черным Ястребом. Главарь пиратов властно проходил перед пленными.

…Вдруг еще издалека перед ним мелькнула татуировка на левом плече одного из пленников. В глазах пирата неожиданно пронеслась часть его загадочной и яркой жизни. Когда Черный ястреб оказался перед Крабом, и их взгляды встретились…

Глава 4 Краб и Черный ястреб
снова вместе.


Краб был шокирован, и от удивления на время потерял дар речи, однако, его язык, привыкший к хладнокровию своего хозяина, смог выдавить:
- Х –о –к ?
Черный Ястреб расплылся улыбкой, по которой ни одно обстоятельство не могло его уже выдать за грозного пирата:
- Хэт!.. Какого… Капитан Хэт! Но какого…ты тут делаешь? Ты Великий английский капитан, гроза пиратов и всех врагов Англии, ты -…, что ты делаешь на испанском корабле? Но как бы то ни было, дружище Хэт, я рад тебя видеть»!!!
Вначале пираты чинно стоявшие на плененном «Фридрихе 5» с недоверием отнеслись к этой встрече, недоумевая, что может быть общего у их Главаря с каким-то испанцем.
Испанцы же подумали, что это хитро сплетенная ловушка, начатая еще пиратами в Мамберамо.

И одни только новозеландцы внутренне радовались за происходящее, так как чувствовали то, что тут не было, а Краб сможет повлиять на Черного Ястреба, дабы не затянулись петли на их матросских шеях.

Поговорив по душам с Крабом (пока мы будем обращаться к капитану Хэту, именно с таким именем, ибо все присутствующие, за исключением Черного Ястреба, знали его именно под таким именем), Черный Ястреб отдал приказ вздернуть испанцев на реях, и готовиться к большой веселухе. Стоит отметить, дорогие мои читатели, что разговор двоих пролил много света на всю эту историю, но набравшись терпения, об его содержании вы узнаете в следующей главе, а также об остальном, что еще до этого было покрыто тайной.
Черный ястреб принял решение держать курс на острова Феник, где можно было не сомневаясь в своей безопасности встать на капитальный ремонт «Белого Лебедя».
Краб, в свою очередь, соскучившись по вольной морской жизни, с удовольствием принял предложение возглавить бывший испанский корабль под своим уже пиратским началом. Посовещавшись, Черный Ястреб, Краб и Волчий Клык, кстати, познакомьтесь, дорогие мои читатели, Волчий Клык (настоящее имя – Де Берже) – капитан «Белого Сокола» и правая рука Черного Ястреба. Некогда, достигнув славы во Французском Королевском Флоте, по причине предательства, оказался в немилости Французского короля. Несколько лет бороздил по океанским просторам наводя страх на королевские суда различных стран. Черный Ястреб, некогда служивший в Испанском флоте, но волею судьбы занявшийся пиратским промыслом (об это, конечно, вы, любезные мои читатели, еще узнаете, и погрузитесь и погрузитесь в тайны морских страстей и океанской качки), по-своему происхождению был англичанин, из довольно богатой аристократической семьи. Объединившись, Черный Ястреб и Волчий Клык, решили создать непобедимую армаду пиратских кораблей.
Бог Морей и Океанов, водимо, с симпатией относился к этим дерзким разбойникам, и поэтому не воспротивился образованию пиратского трио.
Составив договор, вполне соответствующий пиратскому духу того времени, главари позволили себе немного расслабиться.
Краб встал во главе «Фридриха 5», но, естественно, ни один матрос нового пиратского судна никогда бы не смирились со старым названием корабля, носившим имя некогда могущественного короля Испании Фридриха 5. Со стороны «Белого Лебедя» и «Белого Сокола» посыпались одобрительные крики и восторженные возгласы, когда на фальшборте появилось новое имя корабля, некогда принадлежавшего Испанскому Королевскому Флоту. Над «Белой Лилией», замыкавшей грозное трио, возвышался пиратский флаг…
История умалчивает о том, с какой жестокостью и львиной храбростью пиратское трио завоевывало себе славу на всем западном побережье Тихого океана. Губернаторы местного побережья испытывали страх и ненависть только лишь услышав о появлении в их водах грозных морских разбойников. Черный Ястреб и его команда сказочно богатели, особенно за счет Испанских кораблей, несущих по морским волнам колониальные богатства своему кораблю…
Карл VII, конечно, не мог смотреть на это бешенство сквозь свои дрожащие от страха пальцы.

Глава 5 опущена из-за присутствия в ней откровенной сцены, произошедшей с Хэтом и Мерседес на о.Любви.....

Глава 6 Хок.


Солнце показалось за горизонтом и осветило день, который явился началом роковых изменений в судьбе наших героев.
Капитан Хэт и его возлюбленная Мерседес совершали вечернюю морскую прогулку на небольшой шхуне, построенной специально для недалеких прибрежных прогулок. Влюбленным казалось, что медовый месяц длился уже всю жизнь.
Но как вам известно, любимые мои читатели, счастье не может кружиться над головами влюбленных с постоянной частотой. И для того, чтобы ускориться, оно должно иногда замедляться, никогда при этом не останавливаясь ни на дюйм. Было бы наивно полагать, что все приходит само собой. Счастье, как и ее неотъемлемая подруга – любовь не потерпит нерешительности и постоянности в тех, на которых они возлагают свои надежды. Они любят, чтобы человек всегда видел в отражении времен и пространстве всю полноту Великого Владыки всех миров, бесконечно блуждающих по спирали Мудрой Любви…
Но вернемся на морскую гладь, дабы не упустить все события, произошедшие недалеко от о. Любви.
Капитан Салли, под предводительством которого галиот «Сан-Диего» с королевским грузом направлялся к берегам Испании, был обладателем хитрого ума и звериного сердца. С его жестокостью не мог сравниться даже пират всех времен и народов Генрих Морган. Силой захватив едва заметную на фоне громадного галиота шхуну влюбленных, Салли задумал коварный, но на этот раз бесхитростный план. Хэту, капитан Салли сообщил, что дает ему ночь на замаливание своих грехов перед Испанской короной, и что рано утром он будет вздернут на виселице за то, что плохо владеет испанским языком.
А что касается Мерседес, то ее Салли решил подарить своему тайному покровителю, герцогу Галлийскому Лео Фернандесу, чем хотел вызвать к свой персоне уважение и еще большую поддержку.
В это время Хок, управляющий всей артиллерией на «Сан-Диего», покуривал трубку кубинского табака, популярность которого быстро росла в Европе. Ему не хотелось совать свой нос в дела капитана, потому что догадывался, что капитан затевает очередное подлое дело. В жилах Хока текла английская кровь, хотя как раз к го моменту рождения родители решили перебраться в Испанию. Хок, хотя и служил в военно-морском флоте Испании, но всегда относился с необъяснимой симпатией к врагам Испании и особенно англичанам (что уже, впрочем, вполне объяснимо).Такая неподдельная любовь к англичанам чудом позволила ему избежать виселицы… А дело было так…
Испанский корабль, на борту которого находился тогда еще матрос Хок, был разбит английским галиотом и взят на абордаж. И когда английский офицер готовился совершить последний удар клинком (следует отметить, что в то время Хок в фехтовании был не силен), то услышал от Хока следующее:
Тогда еще шкипер Хэт удивлен был, услышав английскую речь, и сохранил Хоку жизнь.
К счастью для капитана Хэта Салли дал приказание Хоку, чтобы его люди охраняли пленника. Несомненно, Хок узнал человека, которому так обязан жизнью, и чтобы не привлекать внимание, хладнокровно выполнил приказ своего капитана.
Наутро трюм был пуст; Хок не придумал ничего более простого, чем освободить пленника. Правда, для этого, спасая свою шкуру от грозной руки Салли, Хоку пришлось бежать, а точнее плыть вместе с Хэтом. Им приходилось полночи рассчитывать лишь на силу своих рук и свое бесперебойное дыхание. К рассвету стала появляться слабость.
А к полудню их обессиленные тела уже приводили в чувства на палубе «Ван Зуйк», принадлежащему голландскому пирату Питу Сангру. Приводя «пловцов» в порядок и выслушав их историю, Сангре отнесся к ним довольно милосердно. Правда стоит отметить, на принятие положительного решения Сангра повлиял «голландский» язык Хэта, и Пит отказался от своей первоначальной идеи продать обоих в рабство за 10 фунтов стерлингов каждого. Так Хок и Хэт стали пиратами с выжженными на плечах татуировками. Соответственно ястреба и краба.
Подробно на этом отрезке истории мы, мои читатели, останавливаться не будем. А я лишь сообщу, что из-за слишком лояльного отношения к пленным, между Хэтом и Сангром произошла ссора, по истечению которой оба выявили желание избавиться друг от друга. Так Хэт оказался на берегах Новой Зеландии с пиратским плечом краб. Хэт долго думал над всеми произошедшими событиями, и в душе он жалел, что так все вышло, но «все, что ни делается – к лучшему», - успокаивал себя бывший капитан английских кораблей.
Хок же прошел тяжелый путь от рядового пирата до капитана морских разбойников. И достиг своей славы,. уже будучи капитаном «Белого Лебедя»

Глава 7 Мерседес.


Солнце отсчитало ровно три тысячи пятьсот восходов с того дня, как судьба разлучила Мерседес и Хэта.
Яркий свет утреннего солнца пробивался сквозь небольшие окна уютной комнаты. Вот уже десять с лишним лет Мерседес не видела и ничего не слышала о своем возлюбленном. Десять с лишним лет она не слышала мелодию морской волны. Герцог Галлийский, Лео Фернандес, в руки которого с «подачи» капитана Салли попала Мерседес, постепенно и настойчиво добивался признания у Мерседес. Он держал ее в своем родовом замке близ местечка Миранда-де-Эбро. Через два дня истекал срок, по прошествию которого Мерседес должна была дать ответ. Возлюбленная капитана Хэта была в отчаянье. Три тысячи пятьсот дней она ждала появления своего любимого. Она представляла себе, как он ворвется в этот замок и спасет ее. Но дни, словно песочные часы, неумолимо приближали ее ко дню, в который она должна была ответить на предложение герцога.

Несмотря на более чем уверенные заявления Салли о том, что ее морячок вместе с предателем Хоком давно покоятся на морском дне, Мерседес чувствовала и верила, что Хэт жив. Это ей придавало силы и она не переставала думать о возможных вариантах… Наступил день ответа, но решения не было, а Мерседес решила, что лучше умрет достойной смертью, нежели отдастся насильно нелюбимому мужчине, хотя стоит отметить, что герцог все это время вел себя как истинный джентльмен, кои качества к тому же редко присущи испанцам.

Прежде чем выйти из замка и двинуться в неизвестном направлении ее сердце подсказало заглянуть в почтовый ящик. Мерседес надеялась, что будет что-либо известно о ее возлюбленном, и тогда все изменится самым кардинальным образом. В ящике действительно было письмо следующего содержания:

«Мерседес! Я не решаюсь назвать тебя «моя жена», но все же уверен, что если ты дала бы мне положительный ответ, ведь сегодня ты мне обещала ответить. К сожалению, возникли важные неотложные дела, требующие быстрого результата. И с мыслями о тебе я встаю под командование адмирала Рониоса. Дело в том, что уже полгода пиратская эскадра Черного Ястреба наносит большой урон королевской казне Испании. Три пиратских корабля «Белый Лебедь», «Белый Сокол», и «Белая Лилия», бесстрашно носятся по Тихому океану, вызывая страх и смятение у всех прибрежных испанских губернаторов. Но наш Великий король Карл VII решил покончить с этим произволом, тем более, что почему-то в большей степени страдают именно испанские суда, и поручил адмиралу Рониусу с девятью отлично оснащенными кораблями найти и уничтожить это наглое, но неустрашимо храброе трио: Черный Ястреб, Волчий Клык и Краб. И я с честью согласился взять под свое командование один из королевских галиотов. Надеюсь, уже твой, Лео Фернандес.»
Мерседес еще раз перечитала это письмо и от счастья заплакала. Конечно, что могла быть и случайность, но она прислушивалась к сердцу. А оно подсказывало, что «Белая Лилия» и Хэт – это одно целое, это звенья одной цепи!!!

Мерседес первый раз за десять лет ощутила огромный прилив сил, и она решила действовать, иногда уступая место женскому безрассудству…

Глава 8. Западня.


Мощь эскадры Черного Ястреба усиливалась от месяца к месяцу. Главная резиденция главаря пиратов была расположена на о Гуам. Эскадра пиратов уже достигла пятнадцати хорошо оснащенных кораблей. Но, как правило, для своих дерзких налетов, Черный Ястреб использовал 3 – 5 галиота, в число которых неизменно входило трио, название которых слетали с уст европейских монархов. Стоит отметить, что о. Гуам и близлежащие к нему острова представляли к тому времени уже, можно сказать отдельное, но никем не признанное государство. Все законы строились исключительно на понятиях человеческой чести.

Обладая простотой и нерасчетливым умом, но в то же время имея в своей команде лучшие офицерские умы различных стран мира, Черный Ястреб был на короткой ноге со всеми близлежащими островами и государствами. Мало того, именно корабли Черного Ястреба порою играли решающую роль в защите от иноземных захватчиков местных островов. Таким образом, заручившись поддержкой влиятельных стран, Черный ястреб чувствовал себя уверенно и всегда смотрел любой опасности в лицо. На этот раз Черный Ястреб, взяв под свое вооружение пять своих галиотов, решил навестить Новый Свет, и там «показать свои зубы» наглым испанским колонистам.

«Белый Лебедь» шел по центру впереди. Серебристые на солнце паруса обозначали слева «Белую Лилию». Справа держался «Белый Сокол», а позади, расположились, соответственно слева и справа - «Лион» и «Лео». Капитанская каюта «Белой Лилии» была отделана с изысканным и роскошным блеском. На стенах висели ковры из серо-изумрудного бархата. Стулья и стол были ювелирно выточены из слоновой кости. В кресле сидел человек, одетый в шелковый синий камзол, отделанный серебром. Рядом лежала широкополая суженная с концов черная шляпа с плюмажем из светлых страусовых перьев. Внизу, на башмаках, сразу бросались в глаза черные розетки, отделанные золотом. Краб откинул голову на заднюю спинку кресла и размышлял,…размышлял о Мерседес. До него дошли слухи, что ее руки домогается какой-то испанский герцог, и что его возлюбленная находится где-то на севере Испании. Но в настоящий момент ничего не мог сделать, так как, оказавшись на берегах Испании, он рисковал бы быть узнанным, с вытекающими отсюда последствиями. Поэтому сейчас капитан пиратского галиота «Белая Лилия» думал о более умном и надежном плане. Порою Краб думал, способен ли он еще любить так как прежде, если в связи с пиратской деятельностью так ожесточились его взгляды и действия. Но мысли о хорошем всегда возвращали все на свои места. И иногда Краб проявлял такое благородство и милосердие, что даже враги удивлялись его решениям, которые им и не снились…

Вначале Краб вынашивал план, в котором к поискам Мерседес хотел подключить своих английских друзей, чья нейтральность к Испании не вызывала сомнений, а значит были шансы на успех. И быть может Краб бы приступил к осуществлению этого плана, если бы в нем не играла кровь упрямого и хладнокровного голландца. Краб решил все сделать сам и в одиночку, но только после операции Черного Ястреба в Новом Свете, так как не мог оставить своего друга в таком нелегком деле. Это было для Краба делом чести и совести.

Вскоре после того, как пиратская эскадра добралась до Карибского моря, пред очами Черного Ястреба показалась земля. В планы пиратов входило опустошить все прибрежные города в и лагуне Каратаска. Испанские колонисты, увидав пиратскую эскадру, хотели откупиться малым, но Черный Ястреб был неумолим…

900 корсаров за 12 дней опустошили четыре города. Судя по подсчетам того времени, награбленного золота и драгоценностей оценивалось примерно в 900 тыс. песо!!! Таких потерь Испания еще не знала со времен Генри Моргана. Однако все шло не так хорошо, как казалось пиратам. Дело в том что Испанцы сумели отправить корабль в соседние колонии с просьбой о помощи. К счастью для Испанцев невдалеке от островов Москита этот корабль наткнулся на эскадру Рониуса. Выслушав рассказ доносчиков испанских капитанов, и представив расположение пиратской эскадры, Рониус двинулся на всех парусах к лагуне Каратаска. Рониус надеялся на легкую победу, так как планировал перекрыть своей эскадрой выход из лагуны, и, дождавшись мощного, подкрепления двинуться на пиратов.

Черный Ястреб, получив депешу о предложении сдаться, был вне себя от ярости. Положение его эскадры становилось действительно крайне тяжелым.

Глава 9. Бой при Каратаске.



Грозные тучи, надвигающиеся с севера, Черный Ястреб воспринял как знак того, что его дела зашли в тупик. Действительно ввязываться в открытый бой с испанцами было, по крайней мере, глупо. Тем более Рониус имел лучшую ударную позицию, и имея превосходство в четыре галиота, без труда одержал бы победу.

Черный Ястреб собрал офицерский совет, на котором обсуждались возможные планы прорыва сквозь испанский флот. Всю ночь офицеры обсуждали детали плана, предложенного Волчьим клыком. В конце концов, к рассвету план был утвержден, и Черный Ястреб отдал приказ.

План состоял в том, чтобы незаметно для испанцев укрепить свои береговые позиции, создать с обоих берегов мощные форты, и разумным маневрированием подпустить к себе эскадру адмирала Рониуса. Помимо всего прочего у этого плана было две сложности. Во-первых, не хватало людей для проведения операции с берега. А во-вторых, необходимо было прорваться до прибытия подкрепления к испанской эскадре. А Рониус выпросил еще 12 пятидесятипушечных галиота. И если первая сложность не без труда была разрешена, так как корсарам удалось за большие деньги нанять воинов с нейтральных территорий, то решение второй зависело от скорости ветра, подгоняющего паруса двенадцати галиотов, спешащих на подмогу. Но у Черного Ястреба не было другого выхода.
Подготовившись к операции под мерцанием звезд, пиратская эскадра, расправив паруса, двинулась навстречу опасности.
Подойдя на расстояние более чем на пушечный выстрел, «Белый Лебедь» дал залп из бортовых орудий, показывая этим свое дерзкое намерение прорваться сквозь испанскую эскадру. Рониус, учитывая всю храбрость и смелость пиратов, посчитал этот ход противника за бессмысленную авантюру. К счастью для Черного Ястреба, Рониус посчитал это решение пиратов за последний, отчаянный шаг. Черному Ястребу не удалось застать врасплох испанского адмирала, так как вскоре после залпа послышался треск и скрип испанских галиотов. Однако, главный план, предложенный Волчьим Клыком, сработал, и испанские галиоты, во главе которых стоял флагманский корабль «Карл VII», устремились на пиратов, входя в узкий залив Котораска. Как только испанские корабли зашевелились, пиратские корабли развернулись и, как бы отстреливаясь, двинули назад. И в то врем, когда корабли адмирала Рониуса вошли в залив и приблизились на расстояние пушечного выстрела к ближайшему кораблю пиратов «Белому Лебедю», на испанскую эскадру обрушились пушечные орудия с обоих фортов… В этот же момент, оценив положение как и было условлено, капитаны пиратских галиотов вновь развернулись и направили свои пушки на ошарашенного противника. Когда адмирал Рониус наконец-то понял в чем дело и осыпал береговые укрепления пиратов пушечными ядрами, то на востоке со стороны океана вспыхнул горизонт, предвещавший новый, полный неожиданностей, день. Разъяренные испанцы не жалели ни ядер, ни своих кораблей – за два часа они снесли все укрепления и пушки пиратских фортов. К этому времени пираты успели пустить на дно четыре из девяти испанских галиотов; а пираты к рассвету не досчитались одного своего корабля – флагманского галиота «Белый Лебедь». Оставшаяся в живых команда успела подойти на шлюпках к «Лиону».
Волчий Клык, воспользовавшийся неосторожностью Рониуса, ловко взял на абордаж «Карла VII». Головорезы с «Белого Сокола» не оставили ни одного противника на «Карле VII». Стоит отметить, что еще в самом начале атаки на испанский флагманский корабль, шальная пуля пробила череп адмирала королевской Испании Рониуса. Но радость пиратов была омрачена сильнейшим взрывом, поднявшим в воздух «Лео». Ядро неприятеля попало в пороховые запасы «Лео».

Краб, не зная что произошло с Черным Ястребом, решил воспользоваться паникой посеянной среди испанцев после захвата корсарами «Карла VII». Не привлекая к себе внимания пушечными выстрелами, «Белая Лилия» обогнула береговой мыс и неожиданно для врага оказалась у него в тылу.

Герцог Галлийский, управлявший «Райо Великоно», и неимевший большого опыта в морских сражениях, но охваченный яростью после потерь пяти испанских галиотов, бесперебойно палил по пиратам. Таким образом, густое облако дыма затрудняло как испанским, так и пиратским капитанам использовать свою тактику. Пока «Белая Лилия», используя свое выгодное положнение постепенно уничтожала два галиота, «Карл VII» с Волчьим Клыком наконец-то приблизившись к «Райо Великано» пошел на абордаж. Заскрипели борта и абордажные крючья цепко повисли на реях испанского галиота. Ярости пиратов не было предела, так как с противоположного борта «Райдо Великано» на ослабленный и сильно поврежденный «Белый Сокол» обрушился залп орудий. Кровь хлестала по палубе; ожесточенные пираты были безжалостны. Герцог был ранен, и то ли от испугу, то ли от потери собственной крови, потерял сознание и валялся среди поверженных на кровавой палубе. «Белая Лилия» уже со стороны наблюдавшая за последними выстрелами сильно поврежденного «Лиона» в последний уже тонувший испанский галиот, хотела бы отфортовать салют в честь этой трудной и невероятной победы, но донесения дозорных остановили Краба это сделать. На горизонте появилась подмога адмиралу Рониусу. Впрочем, самому адмиралу она уже ничем не могла помочь, так как его тело уже давно покоилось на морском дне. Таким образом, против двенадцати целых испанских галиотов пираты могли бы выставить лишь два более-менее целых корабля – «Белая Лилия» и «Райо Великано» и два корабля требующих срочного ремонта – «Лион» и «Карл VII». К тому же, пираты потеряли две трети своих людей. Поэтому, видя бессмысленность новой схватки, Черный Ястреб, Волчий Клык, Краб и Том Марс (капитан «Лиона»), решили пойти на сдачу с условием сохранения им жизней. И когда с «Сан-Хосе» флагманского корабля испанской подмоги был подан сигнал лечь в дрейф, с «Белой Лилии» спустилась шлюпка…

Глава 10. «Мерседес» в пути.


Стук колес по бульварным улочкам замедлился, и карета остановилась возле главных ворот королевского дворца, ныне принадлежавшему королю Испанской короны «Карлу VII». Из кареты вышла элегантная особа и направилась к дворцу. Ее скромный вид выдавал за человека, не принадлежавшего высшему свету аристократки, однако, величественная грациозная походка и изящная манера держаться, придавали ей таинственную загадочность и невиданную обывательским взглядам красоту.

«Просите доложить его Величеству – сеньорита Хинейро де Мерседес. Его Величество должно был осведомлен о моем визите, - уверенно, но мягко произнесла незнакомка.

Заскрипели засовы, и офицер королевской охраны учтиво проводил сеньору в зал, в котором Карл VII уже давно с нетерпение ждал будущую жену его верного подчиненного Герцога Галлийского.

«Милости прошу», - элегантно произнес Карл VII, отвешивая небольшой поклон и, пододвигая Мерседес стул: «Я весь в вашем внимании и рад выполнить любую просьбу невесты много уважаемого герцога».

К этому времени Карл VII уже знал, что адмиралу Рониусу удалось устроить засаду у мыса Катараска, и для большей уверенности в поимке Черного Ястреба, он согласился отправить на помощь еще двенадцать галиотов.

Таким образом, разговору предшествовало прекраснейшее расположение духа короля Испании.
Мерседес, оценив обстановку, сразу перешла к делу.
«Дело в том, что, узнав в письме Герцога Галлийского в удачном ходе анти пиратской операции, я еще и узнала его желании обвенчаться со мной в графстве Уолдшилд, где ныне проживает его дядя. Поэтому со слов герцога, милостиво прошу предоставить мне корабль, чтобы я могла отправиться в Англию; необходимо предупредить его дядю и достойно подготовиться к процессу венчания».

«Но… мне ничего не известно об этих планах герцога. Мало того, насколько мне известно, герцог находится в ссоре со своим дядей. К тому же, как я могу быть уверен, что англичане не захватят испанский корабль. Ведь насколько Вам известно, сеньорита Юдиания, Испания и Англия находятся на грани войны…Впрочем, покажите письмо герцога к Вам».

« С Вашего разрешения, Ваше Величество, я не могу себе позволить этого сделать, так как письмо написано в слишком откровенных тонах, а я при всем уважении к Вам, не имею право себе позволить, чтобы моя честь была «выставлена» на всеобщее обсуждение»!

В голосе Мерседес звучало отчаянье и гордая уверенность, которые сломили сомневающегося Карла. К тому же, Карл VII хотел наградить герцога за достойную службу во имя Великой Испании, и поэтому дал согласие на просьбу Мерседес.

Несомненно, Мерседес была довольна своим походом к Карлу VII. Риск был велик, и поэтому сейчас промедление было подобно смерти. Она должна была исчезнуть с берегов Испании, пока от адмирала Рониуса не пришли бы еще какие-либо новости.

Карл VII не поскупился дать сеньорите Юдионии де Мерседес абсолютно новый корабль. Более того, Карл VII позволил ей дать имя новому кораблю Великой Испании. В полдень «Мерседес» с огромным испанским флагом, развевающимся на макушке грот-мачты, взял курс на Уолдшилд. Такой приказ получил капитан Сержио от короля Испании.

План Мерседес был прост, но противоречив. В Англии Мерседес собиралась отыскать английских друзей своего возлюбленного капитана Хэта, собрать эскадру с их помощью и двинуться на поиски своего Любимого! Трюмы «Мерседес» были заполнены золотом и драгоценностями, которыми владел Герцог Галлийский. Мерседес удалось их взять, объяснив дворецкому, что якобы по поручению герцога это золото пойдет на роскошное венчание и медовый месяц. Дворецкий был зол на герцога из-за его сумасшедшей расточительности, но он не посмел ослушаться сеньориту Юдионию. Мерседес, конечно, не для себя пошла на такое коварство. «Это золото может здорово выручить при покупке кораблей для эскадры», - трезво рассуждала Мерседес.

Сойдя на берег Альбионского острова, Мерседес, отдав приказ Сержио ждать ее на месте, немедленно отправилась на поиски славного и небезизвестного лоцмана Лайта. Свои английские путешествия Мерседес решила начать с него.

Глава 11. Бунт на «Перудже».


Том Марс, капитан «Леона», вызвался обсудить пиратские планы с испанцами. Однако, командующий испанской эскадрой адмирал Пуальсен вовсе не собирался что-либо обсуждать. В его планы входило заковать в кандалы основных главарей пиратов, а остальных повесить. Однако, его планы заметно расстроились, когда он позволил Тому Марсу заговорить.

« Ваш план, адмирал, нас не устраивает, и если Вы и впредь будете на нем настаивать, мы будем драться. Пусть нас всех ждет смерть, но будьте уверены, что половину вашей эскадры ждет то же самое. Я прибыл к Вам от лица Черного Ястреба изложить наш план. Итак, на наших галиотах находится 900 тыс. песо,- при этих словах Марса адмирал и его офицеры побледнели; они не могли себе позволить упустить такой барыш, идущий к ним прямо в руки,- и мы думая о пиратах, находящихся на наших галиотах, отдаем себя и 900 тыс. песо в обмен на сохранение жизней оставшихся»,- Адмирал недоверчиво посмотрел на Марса. Паульсен был не из тех, кто ради личной наживы откажется от возможности быть награжденным своим королем и от всеевропейской славы, которая ждала бы его, доставь он в Испанию пиратских главарей. Таким образом, трезво обсудив все варианты, адмирал решил пойти на минимальные уступки.

«Хорошо,- уверенно и налажено начал адмирал,- за исключением Черного Ястреба, Краба и Волчьего Клыка, я сохраню жизнь остальным, но…но они должны будут в качестве рабов отработать по два года на испанских колониях. А вышеназванных главарей я доставлю нашему могущественному королю, и пусть он сам решает, как с ними поступить».

Наступила пауза, после которой адмирал добавил: «Это все! И если через полчаса не начнется сдача, то мы потопим все ваши корабли вместе с вашим золотом». Конечно, Марс сомневался в том, что Паульсен не попытается захватить золото в сохранности, но, никак не отреагировав, спустился в шлюпку и отбыл на «Белую Лилию».

Судьба главарей была предрешена, поэтому пираты сами обсуждали свою дальнейшую судьбу. И решив, что 2 года это немного, люди Черного Ястреба дали положительный ответ, пообещав при этом, что через два года они отомстят всей Испании за этот акт.

Черного Ястреба, Волчьего Клыка, Краба и еще два десятка особо опасных корсаров поместили на «Перуджу», заковав при этом в кандалы. Остальных же пиратов крепко повязали и оставили на «Белой Лилии»,- отправив туда призовую команду*. Все золото, при этом былы помещено в трюмы «Карла VII» Паульсен решил не тратить время на ремонт пиратского корабля «Лион» и решил его затопить. С флагманского корабля адмирала Паульсена раздались пушечные залпы и «Лион» взлетел в воздух, при этом по чистой случайности, один из обломков свалился на «Перуджу» и повредил эаднюю часть корабля. Паульсен, видя все это, обозлено махнул рукой и отдал приказ двигаться по направлению к берегам Испании.

Этим же вечером адмирал Паульсен собрал капитанов всех тринадцати кораблей и устроил пир во имя такой неожиданной удачи. «Конечно, Карл VII будет недоволен, что из 9 испанских галиотов остался лишь один – «Карл VII». Но в этом «заслуга» Рониуса, этого болвана, который ничего не волокет в морском деле,- раздувая щеки, про себя размышлял Паульсен, - и к тому же к счастью, для меня, остался жив этот любимчик короля, герцог Галлийский Лео Фернандес. Поэтому Карл VII по достоинству должен оценить мои заслуги».

Итак, эскадра из 12 галиотов адмирала Пульсена, «Карл VII» и «Белая Лилия» были в самом начале своего долгого пути к берегам Испании. Пир на «Сан-Хосе» гремел на всю эскадру. Герцог Галлийский, изрядно поддатый, не преминул похвастать своей еще несостоявшейся женой. Его глупая речь вызывала у офицеров испанского флота только раздражение, особо «скалил зубы» капитан Мегейрос, который в свою очередь гордился тем, что именно на его «Перудже» будут доставлены самые опасные пираты последних лет. Ровно сутки гуляли офицеры – к вечеру следующего дня шлюпки доставляли пьяных капитанов к своим кораблям.

Мегейрос, почувствовав львиную храбрость, со своими офицерами направился в трюм, где содержались пиратские главари. Мегейрос выдворил всю охрану и бесцеремонно завалился в трюм…

«Ну,что, морские собаки, - Мегейрос ехидно засмеялся, - как вам на моем корабле. Ну! Отвечайте же дети…»
Ругательства посыпались на пиратов. Подойдя к Черному Ястребу, Мегейрос наотмашь ударил его по лицу. От ненависти кровь в жилах пиратов закипела. Капитан «Перуджи» и не предполагал, что шутки с огнем, бывает, плохо закачиваются. Но Мегейрос, горя злостью, продолжал: «Это любимчик короля Герцог Галлийский своим брехастым языком протрепал, что скоро женится на какой-то Юдиании, но этот хвастун…»

Не успел Мегейрос договорить, как цепь с нечеловеческой силой сорвалась с укрепления, и кулак Краба молниеносно проехал по пьяной морде Мегейроса. Дело в том, что Краб знал кто такой Герцог Галлийский, и узнав об этом еще раз в таком «бешеном состоянии», рванул руками от отчаянья… Шок от слов Мегейроса у Краба был велик, и цепь «подыграла» его металлической хватке.

Рядом стоявший офицер хотел выбежать, но в ту же секунду цепь крепко затянулась на его шее, и он потерял сознание.

Черный Ястреб, еще до конца не осознавший что произошло, понял, что появился шанс…

Глава 12. Захват «Розового Фламинго».


Раздумывать было некогда, так как в любую секунду могли войти солдаты Мегейроса. «Скорее всего, ключи были у Мегейроса, но как его подтянуть», - думал Краб. Он подтянул цепь к себе, чтобы освободить ее от офицера. «Возьми у него мушкет, а то этот пьяный идиот еще очухается», - посоветовал Волчий Коготь. Краб быстро, одной рукой, прошарил по карманам раненного цепью офицера. В одном из карманов что-то - это оказались ключи от цепей. Далее Краб расковал вначале себя, а затем и остальных.

Черный Ястреб предложил план, который был сразу же всеми одобрен. Среди двадцати корсаров, не включая трио главарей, был выбран человек, внешне наиболее похожий на офицера. Переодевшись в форму офицера, Кенвуд побрился и постригся «под офицера». Далее, в совершенстве владея испанским языком, Кенвуд издали подозвал охрану, состоящую из тринадцати солдат. Сделав ловкую засаду, корсары не дали сделать и шага солдатам. Повязав их, пираты переоделись в их одежды. Таким образом, из 23 пиратов, находящихся на «Перуджи», 14 были в испанском обмундировании, что в случае чего могло «на руку» им сыграть. Осуществляя свой план, Черный Ястреб привел в чувства уже отрезвевшего Мегейроса: «У меня нет времени с тобой возиться, чучело морское. Бери бумагу и перо, пиши, что я тебе скажу»…

Обезумевший капитан «Перуджи» огляделся и слабо выговорил: «Кто ты такой, чтобы мне приказы…» В тот же момент Мегейрос распластался на полу – Черный Ястреб был настроен решительно. «Командую теперь я и если тебе дорога жизнь, то ты будешь выполнять все, что я тебе прикажу!»

Не смея больше перечить, перепуганный Мегейрос взял в руки перо и бумагу, и со слов Черного Ястреба написал адмиралу Паульсену послание, в котором говорилось:

« Ваше почтение, адмирал! Сожалею, но задняя часть «Перуджи», пострадав от осколков «Лиона», сейчас дала о себе знать. Необходим срочный ремонт, поэтому прошу Вас разрешить мне встать на якорь у ближайшего острова. Предполагаю, что Вам не стоит меня ждать, так как, залатав пробоины, я вскоре догоню Вашу эскадру». Капитан «Перуджи» Мегейрос.

Кентвуд, держа под рукой Мегейроса его же пистолет, вышел на палубу, всем своим видом показывая дружелюбную беседу с капитаном. Капитан приказал матросам спустить шлюпку и доставить на «Сан-Хосе» письмо. Прогремел сигнал о подаче шлюпки и уже через некоторое время адмирал ознакомился с содержимым. Паульсен не стал противиться, но учитывая, что на «Перуджи» находятся пиратские главари, дал для усиления охраны галион из своей эскадры «Розовый Фламинго». «Перуджа» на фоне огромного 65 пушечного «Розового Фламинго» казалась жалкой посудиной. Однако Черный Ястреб не отчаивался и в нем созрел новый план.

Добравшись до острова Голубой Акулы, Мегейрос с подачи Кентвуда попросил капитана «Розового Фламинго» Мигеля де Реалио помочь его команде вытянуть «Перуджу» на берег, дабы без проблем отремонтировать, внезапно появившиеся пробоины. У Реалио был приказ от Паульсена не только охранять, но и не отказывать в помощи, если, конечно, таковая потребуется. Поэтому, Мигель де Реалио незамедлительно согласился и, почти вся его команда высыпала на берег помогать вытягивать «Перуджу». На «Розовом Фламинго» осталась охрана в двадцать человек. Якобы для собственного надзора за пиратами на «Перуджи» остался Мегейрос со своими матросами из охраны.

Как только испанцы натянули канаты и потащили «Перуджи», Черный Ястреб со своей командой, состоящей, включая его самого, 23 человека, молниеносно на шлюпках двинулась к «Розовому Фламинго». Вся операция захвата «Розового Фламинго» прошла молниеносно и опять таки благодаря Мегейросу.

Пять точных пушечных выстрела хватило канонорам Черного Ястреба, чтобы «Перуджа» взлетела на воздух. Мегейроса Черный Ястреб отправил на берег, дабы тот рассказал испанцам, насколько они глупы…

Глава 13. План Краба.


Пасмурные тучи, надвигавшиеся с запада, немного охладили радость пиратов. Ведь они вновь на свободе, а это значило, что теперь можно было что-либо предпринять для освобождения оставшихся в живых двухсот корсаров, находящихся в плену у адмирала Паульсена. Волчий Клык ругал испанцев на чем свет стоит за то, что те из- под носа увели почти миллион песо. Как только радость свободы «отошла в сторону», Волчий Клык стал упорно предлагать возможные варианты захвата «Карла VII», где находились драгоценности. Однако ни один из авантюрных и бессмысленных планов Волчьего Клыка не нашел одобрения у Черного Ястреба и его офицеров.

Внезапно Краб соскочил со стула, на котором сидел, без устали покачивая головой от безысходности ситуации, и с размаху ударил кулаком по столу, который в свою очередь не замедлил при этом подпрыгнуть и скинуть с себя все содержимое.

«Возьми себя в руки», - проревел Том Марс, однако тут же оступился и замолчал, увидев на лице Краба расплывшуюся обнадеживающую улыбку.

С недоумением и любопытством все офицеры уставились на Краба.

«Я знаю кто нам поможет, - сделав многозначительный вдох, Краб проницательно уставился на Черного Ястреба, - я вспомнил одну твою удивительную способность, Хок, известную мне еще на службе у Сангра на «Ван Зейке». Твое, Хок, умение подделывать почерк и подписи, нам сейчас, как никогда, кстати»!

Эскадра адмирала Паульсена уверенно двигалась к берегам Испании. Паульсен время от времени поглядывал на западный горизонт, надеясь увидеть там «Перуджу» и «Розового Фламинго». И вот в один ясный и солнечный день дозорные «Сан-Хосе» доложили адмиралу, что на горизонте показался небольшой галиот, постепенно к ним приближающийся. Адмирал взял в руки подзорную трубу и увидал на корабле испанский флаг .«Видно, новости от короля», - грустно размышлял адмирал. Когда 20 пушечный корабль «Корона Испании» уже достаточно приблизился к эскадре, адмирал для себя отметил, что уж слишком малочисленна команда испанского галиота. Матросы привязали шлюпку с «Короны Испании» к левому борту флагманского корабля испанской эскадры и … на палубу уверенно взошел элегантно одетый человек. По его немного надменному и слишком уверенному виду адмирал понял, что этот человек с поручением от Карла VII.
Учтиво отказавшись от предложения адмирала отобедать, Педро Мальго вручил тому пакет, на котором фигурировала печать и подпись его Высочества Карла VII. В пакете содержалось письмо следующего содержания:

«Адмирал Паульсон, надеюсь, мое письмо поспело к Вам в то время, когда Ваша эскадра с успешно выполненным заданием мчится к берегам королевской Испании. Несомненно, народ Испании высоко оценил Ваши действия, в чем от имени всей Испании Вам большая признательность и благодарность. Конечно же, приходится сожалеть о потере почти всей эскадры адмирала Рониуса, но Испания никогда не забудет его вклад в общее дело для Великой Испании.

А теперь я перехожу к весьма важному делу, касающемуся Вас и чести всей Испании. Насколько Вам известно, Англия строит козни против нашей державы. И король Англии Стюарт II имел наглость напасть на три патрульных галиота, принадлежащих Испании. Пять английских галиотов потопили наши корабли и теперь, учитывая Ваш мощный боевой арсенал, призываю настичь эту небольшую эскадру и уничтожить ее. Также, учитывая то обстоятельство, что Вы везли довольно опасных преступников, то это ни в коей мере не должно Вас отвлекать от выполнения священного долга перед Испанией. Поэтому, в сопровождении «Короны Испании» обязываю Вас выделить какой-либо свой галиот с пленниками и доставить их непосредственно на берега Испании. На этом же галиоте должны быть и все военные трофеи, захваченные у пиратов». Король Испании Карл VII

Паульсен был крайне недоволен сложившимися обстоятельствами, но чувство долга и в большей мере приказ Карла VII обязывали его сдержать свое недовольство и выполнить приказ.

Адмирал со своими 12 галиотами (напомним, что место «Розового Фламинго» занял опустошенный от сундуков с золотом «Карл VII») направился в северном направлении. А «Белая Лилия» с сотней испанцев, 200 пленниками и пиратским золотом на 900 тыс. , в сопровождении «Короны Испании», направилась к материку.

Глава 14. Штиль после шторма.


Трое джентльменов сидели за красивым резным дубовым столом и вспоминали былые годы, проведенные на море. Английский ром горячил их кровь. Разговор становился все веселее и оживленнее…

Дверь тихонько отворилась и Сюзанна Лайт, жена одного из джентльменов, с усмешкой сообщила, что его спрашивает одна дама, представившаяся Юдионией де Мерседес. Бывший лоцман военно– морского флота Англии Лайт вначале побледнел, а затем выдавил из себя такое удивление, что даже сама Сюзанна открыла ту часть головы, где очень часто зубы поскрипывают от негодования.

Лайт уже ничего не соображая, кинулся к Мерседес… Несомненно встреча доставила огромное удовольствие всем пятерым участникам «конференции». Сюзанна расспрашивала Мерседес о капитане Хэте, восхищаясь постоянно при этом его смелостью и его благородным сердцем. На самом деле Мерседес мало что знала о Хэте, но зато имела довольно четкий план действия!!! Мерседес еще не знала, что Хэт находится в безопасности, и все самое неприятное для него позади, поэтому она действовала решительно и быстро. Через три дня три корабля нанятые на все золото герцога у военно-морского флота Англии присоединились к испанскому галиоту «Мерседес», команда которой, однако, была вынуждена сойти на берег и до Испании добираться своим ходом. Таким образом, эскадра, возглавляемая флагманским галиотом с несколько смешным названием «Стрела Амура», двинулась на запад на поиск славной эскадры Черного Ястреба.
А тем временем на о.Гуам, резиденции Черного Ястреба, начиналась паника и беспокойство по поводу задержки эскадры главаря всех здешних пиратов. Губернатор острова, предчувствуя неладное, снарядил пять из десяти оставшихся кораблей и отправил их на поиск Черного Ястреба.

Попутный ветер легко и быстро гнал пиратскую эскадру, во главе которой стоял флагманский галиот «Морской Дракон», в обширные просторы Тихого океана.

Не найдя английскую эскадру, адмирал Паульсен ругался на чем свет стоит. Вся его команда была в яром бешенстве… Природа не могла спокойно реагировать на такой «беспорядок» в водах Тихого Океана. Вспышки молний предупреждали адмирала, что пора остепениться, но он стал еще сильней изливать свое недовольство.

Гроза и молния, шторм и ливень обрушились на эскадру адмирала. Всю ночь продолжался «бал стихии». Океан ревел и бушевал. Утренний штиль оставил на морской глади девять испанских галиотов; таким образом, три галиота, включая «КарлаVII», были потоплены. «Сан-Хосе», возглавляя побитую эскадру, держала курс к берегам Испании.

«Долгожданная английская эскадра на горизонте!!!» - завопил дозорный на «Сан-Хосе». Радости адмирала не было предела. Осмотрев эскадру в подзорную трубу, адмирал удивился, что на горизонте четыре галиотов вместо пяти. «Видно шторм также поиграл с этими английскими собаками», - ехидно заметил Паульсен.

Испанская эскадра уверенно двинулась на противника. Англичане разделились на две части, и решительно настроились на оборону. Без сомнения численный перевес был на стороне испанцев, но англичане никогда не дрожали перед испанцами, считая их всегда врагом номер один.

Чувствуя легкую победу, адмирал не придерживался какой-либо тактики, надеясь на мощь своих пушек. Однако, только через час боя английский галиот «РичардIV» получил серьезное повреждение и вышел из строя. Испанцы всеми силами пошли в казавшееся последнее наступление… Однако, мощная пушечная артиллерия заставила испанцев обернуться. С южной стороны очень быстро на них надвигалась эскадра, на кораблях которой развевались пиратские флаги.

Дело в то, что пираты уже два месяца сидя без дела на Гуаме, так соскучились по приключениям, что заслышав раскаты, двинулись в зону боевых действий. Не успел адмирал Паульсен прийти в себя и отдать всем своим капитанам приказы, как огромное пятифунтовое ядро с «Морского Дракона» просвистело над «Сан-Хосе», снесло за раз все мачты флагманской испанского галиота. Пираты были настолько решительны и быстры, что уже через полчаса при поддержке английских галиотов на оставшихся трех испанских кораблях развевались пиратские флаги. Пиратская же эскадра не понесла серьезных потерь, что не скажешь о «Ричарде IV», который все же, к огорчению англичан пошел ко дну.

Лайт поблагодарил пиратов за своевременную помощь и спросил их главарей, неизвестно ли им что-либо о нахождении эскадры Черного Ястреба. Пираты были удивлены таким вопросом, но, все же объединив усилия, англо-пиратская эскадра, теперь насчитывающая одиннадцать кораблей, двинулась в юго-западном направлении.

Мерседес стояла на палубе своего одноименного корабля, и мило улыбалась яркому солнцу. Она предчувствовала скорую долгожданную встречу. Ведь у нее было такое ощущение, что прошло не десять лет разлуки, а два века мучений и страданий без любимого человека.

Тоже испытывал Хэт, направляясь с Кенвудом на шлюпке к еще испанской «Белой Лилии».

Глава 15. Сердечный салют.


Как вы, мои внимательные читатели, догадались, Педро Мелагро, вручивший поручение от короля Испании адмиралу Паульсену был никто иной, как морской разбойник Краб. А каким образом он смог надуть самоуверенного адмирала об этом сейчас поведает наша история.
Волей судьбы обстоятельства складывались именно так, как планировал Краб. «Розовый Фламинго» довольно быстро вышел на небольшой испанский почтовый фрегат «Корона Испании», направлявшийся к колониям испанского короля. Без особых проблем, заполучив «Корону Испании» в свои руки, пираты в трюмах фрегата отыскали королевские печати, единственное недостающее звено в плане Краба. И найдя образец почерка Карла IV, Черный Ястреб под диктовку Краба написал адмиралу Паульсену письмо, якобы от короля Испании. Подделав подпись и удостоверив ценный пакет печатями королевского двора, Краб и его команда на «Короне Испании» двинулись догонять эскадру адмирала. Стоит отметить, что мощный 65-пушечный «Розовый Фламинго» был поставлен на якорь у небольшого островка.

А теперь взглянем на «Белую Лилию», на которую уже поднялись в испанском обмундировании Краб и Кенвуд. Через некоторое время Краб и Кенвуд в компании испанских офицеров постепенно хмелели от роскошного бургундского вина. Для испанцев было все позади и в компании таких весельчаков, как Краб и Кенвуд они позволили себе расслабиться.

Темнело… Небольшой ветерок подгонял паруса «Короны Испании» и «Белой лилии». Черный Ястреб зорко следил за событиями на «Белой Лилии». Краб пообещал Хоку, что сам справится с трудной задачей освобождения пленников и захвата «Белой Лилии». Но Черный ястреб не расслаблялся, он был готов со своей малочисленной дружиной из двадцати одного человека кинуться на помощь своему столь близкому другу и соратнику.

Тем временем Краб уже еле держался за столом, и вскоре вовсе повалился на пол. Кенвуд казался более трезвым, но испанцы решили этих двоих кинуть на койки в свои каюты. Этого только и добивались Краб и Кенвуд, разыграв для испанцев эту комедию. Как только «шум стих» и капитан «Белой Лилии» поддатый побрел в свою каюту, Краб оглушил его и быстро повязал веревками. Кенвуд стоял на стреме и его слух не пропускал ни малейшего движения.

Отыскав ключи от трюма, где пленные пираты уже и не надеялись на чудо, Краб с Кенвудом бесшумно спустились под переднюю палубу. Мо
Уже через час испанцы, так и не понявшие, что произошло, спустились в шлюпки. Краб отпускал их на все четыре стороны. Завладев своей «Белой Лилией», Краб отсалютовал пушечными выстрелами абсолютную победу!
Вернувшись к «Розовому Фламинго», капитан которого стал Черный Ястреб, и, переименовав «Корону Испании» в «Корону Пиратской Империи», великолепное пиратское трио направилось к берегам о. Гуама.

Мысли о Мерседес не переставали беспокоить сердце капитана Хэта. Поэтому Краб изъявил желание высадиться на берегах Англии, дабы оттуда начать поиск своей возлюбленной.

Как только пиратское трио сменило курс, прямо на горизонте показалась огромная эскадра. Вначале пираты замерли, подумав, что это эскадра адмирала Паульсена, но затем радость пиратов вылилась в беспорядочный шум и крики.

На горизонте виднелись корабли с о.Гуам. Краб, взяв подзорную трубу, не поверил своим глазам. На борту одного из кораблей, на котором развевелся английский флаг, было огромными буквами написано «Mersedes». От радости сердце капитана Хэта чуть не выскочило из груди. Краб приказал дать салют и уже вскоре две шлюпки, соответственно с «Мерседес» и «Белой Лилии» неумолимо направлялись друг к другу.

Десять лет, словно двести лет разлуки скрепили на миллионы веков пылающие сердца влюбленных. Хэт и Мерседес уже не слышали мощный пушечный салют от всех четырнадцати кораблей звучавший в их честь. Корабли построились в виде сердечка и плавно кружились вокруг влюбленных, которым предстояло друг другу многое поведать за столь большое время разлуки…



На главную




D&A: sm_tom@mail.ru



Hosted by uCoz